Category: еда

Category was added automatically. Read all entries about "еда".

M

Александр Бенуа «Мои воспоминания»

Другим фаворитом мамы на рынке был ютившийся в погребном помещении (под помянутым сводчатым ходом) зеленщик Яков Фёдорович. В этой лавке, с её почти всегда на улицу отворенной дверью, зимой стояла стужа, а хозяин, дабы не замерзнуть, вынужден был непрестанно потчеваться чаем. Три проворных мальчика шмыгали, как крысы, принимая отрывистые приказания, снимали со своих мест товары, укладывали, вешали, завертывали, то и дело приговаривая: «Ещё чего не прикажете?» Если у Васильева пахло чем-то пряным, заморским, далёким, то здесь пахло своим: лесами, огородами, травой, дичью. Здесь вас встречала при входе висящая оленья туша в своей бархатистой коричневой шкуре, здесь кучками, отливая бурыми перышками, лежали рябчики, тетерки, а среди них красовался чёрный с синим отливом глухарь. А сколько ещё всякой живности было вперемежку со всевозможными произрастаниями, начиная с едва пустившего тоненькие побеги кресс-салата в аппетитных миниатюрных, выложенных ватой корзиночках, кончая морковью, репой, свеклой и луком. У Якова Фёдоровича была довольно-таки жуликоватая физиономия, но я сомневаюсь, чтобы он дерзал надувать госпожу Бенуа, — уж больно ценилась такая покупательница, уж больно она сама во всё входила, всё самолично проверяла. От Васильева закупленный товар присылался; из зеленной огромную корзину тащил прямо за нами один из мальчиков, и делал он это с удовольствием, ибо знал, что получит целый двугривенный на чай.

Collapse )
M

Александр Вертинский «Четверть века без родины»

…Сначала все были полны надежд. «Это ненадолго! — говорили спокойные, уверенные спекулянты, которым удалось кое-что вывезти и кое-что заработать. Многие заходили в своём оптимизме еще дальше.
— Англичане дают деньги, экипировку и вооружение, — говорили они.
— Но они уже давали, — робко возражал я.
— Будет сформирована новая армия. Она будет отправлена на английских кораблях и высажена.
— Но они уже высаживали! — деликатно напоминал я.
— Ничего. На сей раз это вполне серьёзно!
Возражать было напрасно.
Какой-то купец из старых московских фамилий даже заключал пари на любую сумму, что «к Новому году будем в Москве».
Некоторых подозрительных лиц спешно вызывали в разведки и штабы, вели с ними какие-то переговоры. Много обещали, много предлагали. Немолодые особы сомнительной репутации, работавшие в «Осваге» и в белых разведках, делая «хорошую мину при плохой игре», загадочно улыбались и иногда, по большой доверенности, интимно говорили:
— Ждите больших событий! Скоро поедем домой!
А в Галиполи, на острове, тихо умирала бессильная, разоруженная армия. И было какое-то трагическое сходство между нею, изолированной от всего остального мира, и теми собаками, которых англичане свезли на остров.

Collapse )
P

(no subject)

В столовой сегодня расставлены мерные химические литровые цилиндры.
В цилиндры налита кроваво-красная жидкость.
В ней плавают человеческие глаза, сделанные из куриных яиц.
Многие блюда изготовлены в багровых тонах.
P

(no subject)

Как только наш молодой сотрудник вчера ушёл с работы – чуть раньше обычного, сдавать последний из трёх вступительный экзамен в аспирантуру, – так коллеги подскочили к его столу.
В выходные был собран урожай арбузов, высаженных весной в научных и декоративных целях у крыльца офисного здания.
Арбузы под открытом московским небом выросли крупными, но, конечно, внутри столь же зелёными, как и снаружи.
Из этих арбузов, разложенных на столе, сделали женщину – голова и грудь, одели её и украсили.
Женщина села на стул молодого сотрудника и стала терпеливо его ждать.
На следующее утро сотрудник пришёл на работу и встретил женщину.
Ещё он принёс для нас два вкусных тортика, потому что экзамен успешно сдал и стал теперь аспирантом.

Collapse )
R

(no subject)

Знали бы вы, что пытливый ребёнок за пять минут может сделать с большой банкой сметаны.
Когда возвращались из Суздаля (точнее, уже из Гусь-Хрустального) домой, С., немного побузив, заснул, а А., наоборот, проснулся.
Сидел, однако, тихо.
Мы решили, что смотрит в окно машины – появилась теперь у него такая правильная привычка, и слегка расслабились.
Минут на пять отвлеклись, не больше.
Оглядываюсь, что на заднем сиденье делается.
Из стоящей между детьми сумкой-холодильником с продуктами, ошибочно только полузакрытой, А. сумел достать большой пластиковый стакан со сметаной, недавно вскрытый и почти полный.
И за эти пять минут подозрительной тишины всю сметану из стаканчика извлёк – на себя, на свою одежду, на лицо и руки, измазал сметаной детское сиденье и дверцу машины.
Очень довольный был произошедшим.
Сметана ему очень понравилась.
Она для рук приятная и следы заметные оставляет.
R

(no subject)

Для сегодняшнего дня рождения одного из наших коллег девушки подготовили инсценировку в стиле «Игры престолов».
В этом представлении мне выпала ключевая, самая важная роль.
Девушки пришли в длинных платьях, приготовили костюмы, которые нацепили на себя в переговорной комнате, пока именинника выманили покурить на крыльцо.
Два молодых человека встретили покурившего именинника с луками в руках (луки со стрелами подарили на прошлой неделе прошлонедельному имениннику) и посадили в кресло посреди офисного пространства.
Девушки в тематических нарядах в очередь выходили к нему и каждая торжественно, с поклоном, вручала атрибут королевской власти – мантию, корону (картонную, из «Бургер Кинга»), жезл.
Затем братья-близнецы вынесли коробку с подарком (это был самокат).
Последней вышла ещё одна из девушек с кубком, в котором был шипучий напиток с витаминами, символизирующий яд.
И в этот момент я, заранее вставший за спину именинника, неожиданно выстрелил из громкой хлопушки, обсыпав юбиляра (ему исполнилось 33 года) крупными кусками конфетти.
Он, не поморщившись, допил ядовитый напиток, и на этом поздравление закончилось.
Хлопушку неведомой конструкции организаторы дали мне в руки незадолго до представления, и пока я с ней разбирался, вспоминал рассказ про смерть шпиона Гадюкина.
В июле у нас на работе неимоверно много дней рождения – семь штук.
На прошлой неделе ели шашлыки по поводу рождения близнецов.
R

(no subject)

Сегодня на работу наша коллега, у которой день рождения, принесла блины и красную рыбу, пирог с курицей и яйцом, сыр с зеленью, безе и орешки с варёной сгущёнкой.
Типично приносят 2-3 торта и оставляют их на кухне.
В последнее время стало обычным собирать со всех желающих деньги на подарок имениннику от коллектива. Если в какой месяц много человек народилось, то получается, кстати, довольно накладно.
Мне на работе подарили на февральский день рождения карту на 5 тысяч рублей в интернет-магазин фототоваров.
На днях я, наконец, эту карту использовал.
Обогатился вещами, к фотографии имеющими отношение весьма опосредованное.
Внешний жёсткий диск на 1 Тб чтобы хранить фотографии и видеозаписи, картридер, чтобы проще перекидывать туда фотографии, и флешку, потому что оставалось ещё немного неиспользованных денег.
Фотографии я теперь уделяю времени меньше, чем раньше, и в апгрейдах на 5 тысяч смысла особого нет.
Надо, однако, поскольку я и в стоки уже давно прекратил свои фотографии грузить, устроить тут где-нибудь сверху Склад Самых Лучших Моих Фотографий, на долгую добрую память. Чем и займусь.
R

(no subject)

Был восемь дней в Суздале.
Там проходила высшая лига 23-го чемпионата России по рэндзю.
Жили и играли в ГТК.
В Турцентре, похоже, сменили повара, потому что впервые за те годы, что туда ездим, кормили вкусно.
Не каждый справится с искушением трёхразового шведского стола.
Я, как приехал домой, сразу побежал на весы.
Ну и ничего страшного – 98 килограммов.
То ли бассейн помог, то ли регулярные прогулки вокруг гостиничного комплекса, то ли нервное напряжение сказалось.

В Суздале встретил свой очередной день рождения.

Collapse )
M

Зиновий Гердт «Рыцарь совести»

Эльдар Рязанов
Однажды у нас с Зямой произошла страшная размолвка. Ссоры не было, просто я прекратил с ним дружеские отношения. Перестал звонить, приходить в гости. Как бы отрезал его, вычеркнул из своей жизни. Случилось это вот почему. В 1984 году я закончил свою киноленту «Жестокий романс». Картина встретила восторженный зрительский прием и резкую отповедь критики. Практически все газеты — «Правда» в статье Михаила Швыдкого, «Труд», «Литературная газета», «Советская культура», «Комсомольская правда» — не оставляли от фильма и от меня как постановщика камня на камне, размазывали по стенке. А в это же время в лавине зрительских писем — пожалуй, их пришло около двух тысяч — выражались благодарность, восторги, писались добрые, душевные слова, содержались самые высокие оценки ленты. Несовпадение мнений многих критиков и публики было невероятным.

К сожалению, Зяме моя лента не понравилась. Но узнал я об этом не из личной беседы, хотя мы встречались регулярно, а из телевизионной программы «Киноафиша», в которой Гердт был ведущим. Он поведал о своем неприятии «Жестокого романса» многим миллионам людей. Это поразило меня.
Естественно, Зяма имел право на своё мнение, и, конечно, ему могла не понравиться моя кинокартина, причем любая. Это никак не повлияло бы на наши отношения, если бы он сказал об этом мне лично. По моим моральным правилам, я сам никогда не выступил бы публично с неприятием произведения своего друга, товарища, единомышленника. Я сообщил бы ему об этом только наедине. Может быть, даже и умолчал, дабы не наносить травму близкому человеку. Выступить же публично с критикой, особенно тогда, когда шла всесоюзная травля картины, и присоединить свой голос казалось мне чудовищным, недопустимым. Обида была нанесена смертельная, и я прервал с Зямой всяческое общение.
Зиновий Ефимович, видимо, решил, что я воспринимаю только хвалебные отзывы и оскорбился потому, что ему не понравилось моё произведение. Но дело было не в этом — далеко не все мои ленты ему или иным друзьям нравились, однако это никогда не имело для меня значения. Огорчался, конечно, но и всё. На нашу дружбу подобные ситуации никак не влияли.
Несколько лет мы не общались, хотя при встречах, конечно, раскланивались. Когда пришел юбилей Зямы — семидесятилетие, Петя Тодоровский, очевидно, не зная о наших рухнувших взаимоотношениях, предложил, чтобы мы по традиции написали и спели на вечере в Доме кино «Куплеты завистников» — подобные тем, что мы исполняли на юбилеях Михаила Ромма и Юрия Никулина.
Я превозмог себя, ибо любил Гердта. Мы сочинили частушки и среди многих спели и такую:

Войну на себя он работать заставил,
как пользу извлек он хитро:
нарочно он ногу под пулю подставил,
чтоб ездить бесплатно в метро.

Но я не остался на банкет, не подошел к юбиляру, не поздравил его лично, видел его только со сцены. Как бы выполнил долг и ушёл. Размолвка продолжалась. И мы оба горько страдали от этого… Но всё же мы нашли в себе силы распутать сложный узел, и наша дружба в последние годы стала особенно нежной и крепкой.

Collapse )
M

Рина Зелёная «Разрозненные страницы»

Зимой сорок четвертого года нас, большую группу артистов, отправили на военно-шефскую работу в Иран. Поездка длилась около двух месяцев. Впечатления бывали столь неожиданными, что хотелось запомнить, сохранить их. Начала хоть что-то записывать. Однако больше внешние впечатления. Чужая сторона, чужие люди. По-французски понимают очень немногие. Всё-таки старались записать хоть что-нибудь — природу, особенности быта, в частности нашего. Ведь всё время в пути.

29 февраля
Я сегодня вспомнила, как в Москве решала вопрос, в чём ехать: в пальто или в шубе. Хотя большинство голосовало за шубу, я поехала в пальто. Хороша бы я была в моей шубе! Какая весна! Всё цветет и благоухает. Здесь очень красивые фонтаны. Цементные водоемы наполнены водой до краев повсюду, во дворе каждого дома. Дворы — это отдельная архитектурная тема.
Была первая экскурсия в магазины. Это можно назвать именно экскурсией, так как никаких покупок сделано не было: цены на вещи таковы, что зубная щетка или пуховка стоят четверть того, что могут стоить туфли, а туфли нельзя купить, потому что они разваливаются, пока доходишь до дома. Но ведь ножи для бритья так же необходимы, как чулки. А апельсины? Но, с другой стороны, пять апельсинов — это губная помада. Но самое необходимое — это термос, красивый голубой термос. А он стоит столько же, сколько часы. И нужно, обязательно нужно попробовать ананасы. Или хотя бы халву. Но тут перед вами встают маленькие прелестные часы. И вы решаете, что прежде всего необходимо купить туфли.
Так, переводя с халвы на манишки для фрака и обратно на финики, все сводишь к часам. Но ведь не может же человек покупать всё время часы. Я промучилась некоторое время (его у нас очень мало, так как играем два-три концерта в день), успокоилась совершенно и смотрю на всё как на кинофильм, в котором я только зритель. Между прочим я решала вопрос, почему у нас у всех такая жажда покупать (нам хочется всё: и подтяжки, и пылесос, и штопку для чулок). И я поняла, в чем дело: каждому человеку отпущено в организм вместе с гемоглобином и лейкоцитами какое-то количество покупательных способностей. Но так как в нашей трудной жизни мы почти никогда не покупали, а всегда доставали или получали, эти способности, накапливаясь, вроде кислот или солей, причиняют организму некоторый ущерб, и он, как беременная женщина на солёное, накидывается на покупки. Поэтому я стараюсь терпеливо относиться ко всем бесконечным разговорам и соображениям: что купить? (Купила банку ананасов — назло!)

Collapse )