chetvergvecher (chetvergvecher) wrote,
chetvergvecher
chetvergvecher

Category:

За честь школы

За сборную школы меня снаряжали выступать три раза.
Первый раз я играл в баскетбол. Я как раз перешёл заниматься из хорошей секции, которой без особого взаимопонимания отдал целый год своей тогда ещё молодой жизни, в секцию пришкольную, почти домашнюю. Хорошую секцию, от которой я иногда играл в соревнованиях в разных городах европейской части нашей тогдашней страны, от Петрозаводска до Рыбинска, преобразовали в спортивный класс. В него ушли и гораздо более профессиональные люди из нашей школы, включая братьев полупольских кровей из моего класса, разнояйцевых близнецов. А я – не пошёл. И правильно сделал, потому что через пару лет братья вернулись к нам - уже с первыми баскетбольными разрядами, не то, что я.

И вот нашу незамысловатую секцию, в которой я был тогда самым умелым игроком (этот факт достаточно красноречиво говорит о уровне нашей команды), снарядили на школьные соревнования. Сборную усилили несколькими нашими хулиганами, которые в секцию, конечно, никогда не ходили и мяч в руках за свою жизнь держали редко. Меня, если посмотреть назад, теперь иногда очень удивляют принципы комплектования учителями сборных школьных команд.

В нашей подгруппе было ещё четыре школьные команды. Первую игру мы несыгранно продули. С каким-то смешным счётом вроде 8:14. А могли, могли бы и выиграть, будь у нас чуть побольше опыта. Я в этой игре забил, наверное, самый красивый мяч в своей жизни – мне дали пас от кольца до кольца, я его цепко подхватил под носом оторопевшего защитника и, мягко подбросив на бегу, целенаправленно попал ровнёхонько в середину корзины. Такое не забывается. Потом-то, в других матчах дня, мы уже почувствовали друг друга, немножко сыгрались. Я устало бегал, прыгал, носился по площадке. Забивал. Резко и сильно толкал в спину вражеских игроков, когда те уже приноравливались бросить мяч в кольцо, поднимал руку сигналом для судьи – «это я фолил!», уклоняясь от полных боли и недоумения взглядов пострадавших. Мы выиграли оставшиеся матчи, но было уже поздно. В финал мы не прошли.

А местные, из той школы, где мы все играли, хулиганы сидели пристенно на узеньких скамейках и болели за своих. Потом, конечно, началось – «Подойди сюда! –Да не ты, а вон ты!». И в конце концов наши хулиганы и хулиганы местные успешно нашли друг друга. Круговой цепочкой стоящие вечером, после игр, мальчишки и в центре в вызывающих стойках лицом к лицу ихний хулиган и наш. Мой приятель бежит в школу за взрослой подмогой, тамошний тренер разгоняет всех, и по дороге домой – познавательное обсуждение «Да какой он каратист! У него ведь печень открытая была!».

Второй раз меня снарядили играть в настольный теннис. У нас в соседнем дворе были два вечных стола приспособлены, и мы там всё время, часами напролёт, играли. Иногда к мальчишкам спускался побаловаться живущий поблизости отставной мастер спорта. Все мы играли тогда примерно в одну силу (кроме мастера, конечно). И вот в сборную школы послали меня, ещё двух мальчишек из параллельного класса и двух девчонок из класса на год младше – Файку, игравшую как автомат, и Вику – красавицу необыкновенную. Девчонки как раз в том дворе жили, где столы для пинг-понга стояли.

И опять у нас было в подгруппе ещё четыре школы. Меня поставили на третий стол, хоть по силе я даже и превосходил своего пола товарищей. Такой тактический приём слабости. Первую школу мы победили 3:2, а я легко выиграл две партии (каждый играл с соперником три партии, до двух побед). И вторую сборную мы опять победили 3:2, и я опять выиграл – 2:1, но на этот раз трудно и приятно, потому что в решающей, третьей партии уже и счёт был 20:20, но у меня нервы крепче почему-то оказались. А вот сборная последней школы была укомплектована не дворовым игроками вроде нас, а явно профессионалами, секцию посещающими. Нас быстро и беспощадно разгромили 1:4 – только Файка своё традиционно очко взяла. А последняя школа нас не дождалась и ушла с соревнований. Но всё равно, разумеется, не мы, а профессионалы в финал вышли.

Третий, последний раз меня направили выступать за сборную школы на соревнованиях по НВП – начальной военной подготовке. Снарядили туда только очкастых отличников и крепких хорошистов. Три молодых человека из нашего класса, включая меня, и две девочки из параллели. Каждому выпало своё задание. Мне достался ВПХР, войсковой прибор химической разведки. Зачем уже совершенно не помню, но в этот прибор надо было втыкать ампулу специальную на время, а потом эту ампулу нужно было вынуть. И в решающий момент у меня в руках происходит катастрофа – ампула при вынимании, когда счёт на драгоценные секунды уже пошёл, сломалась пополам – половина в ладошке, половина в приборе. И вытащить ту половинку ампулы, что в приборе застряла, никакой возможности уже не предвидится. Вот так сборной школы, усиленной мной, снова не удалось победить школы другие. А потом я вырос, в школу ходить совсем перестал, и в сборную меня потому уже больше не призывали.
Tags: обо мне1
Subscribe

  • (no subject)

    Meditation by the Sea mid 19th century Artist unknown

  • (no subject)

    Hasegawa Sadanobu III (1881-1963) 三代長谷川貞信 Maiko in Summer, 1950′s

  • (no subject)

    Laurits Andersen Ring (Denmark,1854-1933) The Artist’s Wife by Lamplight 1898

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 9 comments