chetvergvecher (chetvergvecher) wrote,
chetvergvecher
chetvergvecher

Categories:

Про зуб

Миледи было на вид лет двадцать шесть - двадцать семь.
У неё были белокурые волосы, светлые, до странности светлые голубые глаза с чёрными бровями и чёрными ресницами. Она была высокого роста, хорошо сложена, а с левой стороны у неё недоставало одного зуба рядом с глазным.
Глазными зубами в словаре Даля называются два верхних человеческих клыка в противоположность собственно клыкам - зубам нижним. Про глазной зуб доступная художественная литература вспоминает на моей памяти всего только один ещё раз: "Правый глазной (рабочий) зуб графа Дракулы Задунайского" (я не Кювье, но, судя по этому зубу, граф Дракула Задунайский был человеком весьма странным и неприятным)».
Прослеженная внезапная связь между Дракулой и миледи неслучайна. Неожиданно для окружающего д’Артаньяна миледи способна продемонстрировать «необычайную для женщины силу» и ужасающие перемены во внешнем виде: «Как известно, молодой человек был храбр, но и его устрашило это искажённое лицо, эти жутко расширенные зрачки, бледные щёки и кроваво-красные губы».
Миледи не получается прикончить через повешенье. С какой надеждой она произносит - «Неужели вы меня утопите»? – на месте очередной своей казни. Но нет – ей смертельно отрубят голову под руководством разбирающегося уже Атоса.
«- Мой брат, который сделал вас своей наследницей, умер, прохворав всего три часа, от странной болезни, от которой по всему телу идут синеватые пятна. Сестра, от чего умер ваш муж?». Может быть, это были следы иссушающих тело укусов вампира?
Почему же, однако, огромная сила миледи всё же значительно меньше чудовищной силы Дракулы?
Зуб. У миледи не было зуба. Хоть и не самого важного, глазного, но всё-таки необходимого для полноты могущества.
Скорее всего, зуб выбил ей мощным молодецким ударом благородный Атос – тогда ещё граф де Ла Фер – десять лет назад, когда ей было всего шестнадцать и она не успела войти в полную силу. Атос даже и прозрачно намекает на это в другом эпизоде - «- А теперь... - сказал Атос, закутываясь в плащ и надевая шляпу, - теперь, когда я вырвал у тебя зубы, ехидна, кусайся, если можешь!», - но тут уже идёт речь не о зубе природном, но – вспомогательном.
И всё-таки обычный человек – д’Артаньян – справиться с миледи не в состоянии. Победить вампира под силу только другому живому мертвецу: «- Да, миледи, - ответил Атос, - граф де Ла Фер, собственной персоной, нарочно явился с того света, чтобы иметь удовольствие вас видеть».
Этот оживший мертвец принадлежит к древним силам, к тому миру хаоса, который существовал ещё до христианского ада. Чтобы указать на причастность Атоса к миру мёртвых, Дюма-отец постоянно подчёркивает небывалую бледность и невозмутимость героя, который никогда не смеялся: «В эту минуту край портьеры приподнялся, и на пороге показался мушкетер с благородным и красивым, но смертельно бледным лицом», «Не успел он спуститься до следующей площадки, как железная рука ухватила его за перевязь и остановила на ходу. - Вы спешите, - воскликнул мушкетер, побледневший как мертвец, - и под этим предлогом наскакиваете на меня, говорите "простите" и считаете дело исчерпанным?». Нетрудно заметить схожесть Атоса с другим известным «живым мертвецом» Дюма – графом Монте-Кристо.
Удача в азартных играх, считается, даруется нечистой силой. Но «Атос играл, и всегда несчастливо». Он – из другой песочницы. Наоборот, миледи характеризуется так: «- Да, ад воскресил вас, - продолжал Атос, - ад сделал вас богатой, ад дал вам другое имя, ад почти до неузнаваемости изменил ваше лицо, но он не смыл ни грязи с вашей души, ни клейма с вашего тела!»
Есть в романе ещё один вроде бы демонический персонаж. Это, конечно, незнакомец из Менга. Бледный, с темными волосами. Со шрамом. И таинственный, и легко от д’Артаньяна ускользающий поначалу, и связываться с ним окружающие не советуют без прояснения причин. Но это – ложный пока ещё мертвец, и только неопытный по молодости д’Артаньян мог посчитать его исчадием Ада, а погубит его Констанцию совсем другой человек. Или, вернее, и не человек вовсе.
Вот и у меня тоже, как и у красавицы миледи, вдруг не стало зуба. Сломался воткнутый в зубной канал металлический штырь, на котором сидела коронка. Я стал жертвой скрытого дефекта металла. Половинка штыря теперь в слетевшей коронке, половина – в канале. Дантист вытащить кусочек штыря из канала, неохотно попытавшись, не смог, и предлагает взамен имплантант. Приблизительно оценивая происходящее в $2500. Реально, значит, - больше. Имплантант страховкой покрывается слабо. Значит, почти всё удовольствие – моё.
Это мой единственный собственный зуб, которого практически нет. Погубили мне его давным-давно ещё в высшем учебном заведении, в поликлинику которого я заскочил по пустяковому поводу, а молоденькая врачиха вдруг взяла самое большоё сверло, и от моего зуба только осколки, натурально, полетели во все стороны. Больше к ней я не ходил, но уже было поздно. На то место, которое осталось, мне более опытные врачи поставили сначала металлическую, которая служила много лет, а вот полтора года назад металлокерамическую коронку – на Родине всего за сто с небольшим долларов США.
И теперь я весь в мрачных размышлениях. Местный дантист говорит – имплантант, или, если вытащить штырь, за который он пинцетом цепляется, но ничего не получается, то всё можно сделать как было с той же коронкой. Отечественный дантист в заочной консультации говорит, что имплантант всегда успеется, а вот на Родине по приезде штырь вытащат и всё обратно вставят.
Решиться на что-то трудно, несколько тысяч за зуб очень жалко, потому что их можно было бы потратить интереснее. Улыбка моя стала наверняка менее обаятельной или, по крайней мере, менее широкой, хоть утраченный зуб не столь близок к глазному, как у миледи, и скрывается в недрах рта. Кушать тоже с дыркой во рту надо приспособляться.
Tags: жизнь1, книга1
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 32 comments