chetvergvecher (chetvergvecher) wrote,
chetvergvecher
chetvergvecher

Categories:

Леонид Буряк «Горячие точки поля»

1974 год — из числа особо памятных в жизни киевского «Динамо». Вновь, как и в сезоне 1966 года, удалось «положить чемпионские медали в кубок». Такое случается нечасто, и киевляне, конечно, радовались удаче.
Ну, а я был рад вдвойне: первая золотая медаль чемпиона СССР — как особый дар. Никак не мог наглядеться на неё. Были матчи в сезоне, в которых я забивал голы, были и без моих голов, но в каждой встрече старался быть предельно полезным команде. Поэтому испытывал чувство полного удовлетворения прожитым годом.
— Дай хоть подержать её, — просила Жанна, и я видел, что она радуется за меня.
Как я уже говорил, в конце 1973 года команду возглавили новые тренеры — Валерий Васильевич Лобановский и Олег Петрович Базилевич. Их деятельность стала логическим продолжением усилий предыдущих наставников команды.
Мы, футболисты, сразу ощутили «новую руку». Помню, возвращаясь с очередной тренировки, мы с Олегом Блохиным обменивались невесёлыми мыслями по поводу новых нагрузок:
— Не сахар!..
— Так недолго и выдохнуться…
— Может, запротестуем?..
— Не горячись, будущее покажет, что к чему…
Мы скрипели, ворчали, но, как и другие, терпели. Конечно, всё то новое, что входило в наши тренировки, преподносилось как на блюдечке, объяснялось: это делается для того-то, а вот это — с такой-то целью. Мы слушали, старались осмыслить, но лишь спустя значительное время в полной мере оценили нововведения.

…Уже само по себе то, что у руля команды стояли два наставника, было делом совершенно необычным. Правда, один из них — О. Базилевич — назывался начальником команды, а второй — В. Лобановский — старшим тренером. Но в действительности оба были совершенно равноправными.
Тут же мы столкнулись с тем, чего раньше не видели, не знали: два старших тренера, распоряжения каждого обязательны. Из лексики тренеров исчезло местоимение «я», отныне употреблялось только «мы». Все важные для команды вопросы они решали сообща. Но зато каждому решению обязательно предшествовало глубокое, всестороннее обсуждение вопроса.
Само собой разумеется, что подобное единодушие родилось не сразу и не как результат волевого усилия. Оно вырабатывалось годами; ещё с тех пор, когда В. Лобановский и О. Базилевич играли в киевском «Динамо», выступали рядом в других командах, и позже, когда руководили в качестве тренеров разными клубами, но старались встречаться как можно чаще, чтобы обменяться опытом, планами, сопоставить свои оценки и выводы.
Далеко не всем было понятно, ради чего каждый из них отказался от традиционного для нашего футбола единовластия. Они же пошли на это прежде всего потому, что решили: руководство современной классной командой должно осуществляться тренерской группой.

Сразу оговорюсь: не хочу, чтобы читатель считал такое решение обязательным. Лично я все-таки за единоначалие, мне кажется, что двойное руководство не лучший вариант и в конце концов оно может вызвать столь сильные противоречия, что тандем распадется, а это скажется на игре команды.
Но, безусловно, и при тренерском единоначалии должна существовать группа единомышленников-специалистов, работающих в контакте со старшим тренером и обладающая достаточной властью и опытом, чтобы осуществить его замысел.
К тому времени, когда В. Лобановский и О. Базилевич возглавили киевское «Динамо», у них был еще один прочный союзник — кафедра теории физвоспитания Киевского института физкультуры, которую в команде представлял кандидат педагогических наук А. М. Зеленцов. Кстати, он и сейчас занимается теоретическими разработками для киевского «Динамо».
Тренеров интересовали вопросы моделирования тренировок, микроциклов и периодов в тренировочном процессе, направленных на развитие нужных качеств футболистов. Эти модели были призваны решить проблему управления состоянием игроков на протяжении длительного времени и правильной раскладки сил с тем, чтобы команда могла успешно выполнить свою годовую программу.
Иными словами, и В. Лобановский, и О. Базилевич уже давно пришли к выводу, что тренировать на глазок, по старинке невозможно, нужны точные рекомендации науки.

Поначалу тренерам-новаторам пришлось много потрудиться, прежде чем были созданы нужные модели занятий. Но когда они в основном были получены и применены в киевском «Динамо», эффект превзошел все ожидания — команда намного опередила другие коллективы в своей готовности решать самые трудные задачи.
В каждой нашей жилочке звенела здоровая, нетерпеливая сила, мы рвались вперед, чувствуя, что мало кому из соперников удастся остановить нас. Так и случилось: захватив в начале сезона 1974 года лидерство в чемпионате страны, мы не упустили его. Но это было, так сказать, арифметическими показателями нашей игры. Относительно же её сути среди специалистов и болельщиков бытовали разные мнения.
Одним поклонникам футбола игра динамовцев казалась предельно современной, и они без колебаний утверждали, что она ничем не отличается от игры лучших команд Европы. Другие, признавая совершенно очевидное лидерство киевского «Динамо» в советском футболе, отказывали нам в эстетичности, упрекали в излишнем рационализме: дескать, динамовцы ставят перед собой конкретную задачу, но решают ее без учета интересов зрителей.
На каких-то половинчатых позициях остановился известный советский футбольный обозреватель, тогдашний редактор «Футбола — хоккея» Лев Иванович Филатов, который как бы выжидал, хотел убедиться, что наши игровые аргументы весомы. Но и он в конце концов на страницах журнала «Огонек» сравнил киевское «Динамо» с человеком, который трясет дерево до тех пор, пока с него не опадут плоды — в данном случае это означало, что мы не останавливаемся, не достигнув желаемого результата.

Мне тоже казалось, что в стране нет противника, который мог бы противопоставить нам что-нибудь равное в области технической и тактической подготовки, не говоря уже о физической. Мы были явно сильнее других, были уверены в надежности каждой линии команды, в том, что она укомплектована наилучшим образом.
Процесс, начавшийся в свое время робкими попытками О. Ошенкова перестроить тактику «Динамо» на более современный лад, вобравший в себя идеи В. Соловьева и В. Маслова, подошел к тому этапу, когда его доводили до логического завершения молодые тренеры В. Лобановский и О. Базилевич. Первый из них по этому поводу заявил в печати:
— Тотальный футбол! Вот он — главный ориентир. Правда, мне лично не нравится это слово. Не лучше ли — современный большой футбол? Трудно было удержаться от улыбки, когда после нашей победы над «Зенитом» со счетом 5:0 послышались примерно такие заявления: вот, мол, увидели они на мировом чемпионате 1974 года тотальный футбол, стали копировать, и результат не замедлил сказаться.
Это, конечно, не так. Большой современный футбол приобрел нынешний вид не сразу, не по чьей-то воле. Это логика его развития. Вспоминаю, как в 1966 году новые чемпионы мира — англичане внесли принципиальные поправки в распределение усилий: они стали выравниваться. Ещё дальше в этом направлении продвинулись немцы, голландцы. Эта тенденция, естественно, стала ощущаться и в киевском «Динамо». Такую быструю, современную игру нам позволили вести два решающих обстоятельства: первое — хороший подбор игроков, второе — более эффективная система их подготовки…
Я был совершенно согласен с точкой зрения нашего старшего тренера. Мы и в самом деле вышли на рубеж тотального футбола, был взят курс на самое главное, самое прогрессивное и острое тактическое футбольное оружие — на универсализм.
Футбол совершенствовался, умнел, одновременно и усложнялся. С помощью видеомагнитофонов, что было новинкой в практике разведки, наши тренеры отсняли немало матчей сборных команд и ведущих клубов Англии, ФРГ, ГДР и других стран. Мы могли изучать манеру игры знаменитого «Аякса», «Фейеноорда» и убеждались, что идеи наших тренеров совпадают с концепцией игры лучших команд Европы.
Мы понимали: «Динамо» на правильном пути. Это подтвердил и чемпионат мира 1974 года. Он не открыл ничего такого, что было бы киевлянам в диковинку, но зато продемонстрировал наиболее зрелые образцы тотального футбола.

И всё-таки нас всё больше «колотили». Многие, анализируя игру команды, употребляли слово «практицизм» как самое обидное. Но давайте подумаем. Что такое чемпионат страны? Это борьба за более высокое место в отечественном футболе.
Может ли быть такое положение, при котором руководители спортивных обществ (или даже просто болельщики той пли иной команды), отправляя её на чемпионат, говорили бы: вы, конечно, постарайтесь выступить получше, но не это главное — главное красота футбола? Нет, не может. Напротив, всякий раз перед тем или иным коллективом ставится только одна задача — выступить как можно успешнее (и это, разумеется, правильно). А коль так, команда имеет право выбирать наиболее эффективный путь к цели. И если она считает, что именно определенная манера игры обеспечит успех, то почему, ради чего она должна отказываться от неё?
Сборную ФРГ в лучшие её времена не раз сравнивали с машиной, перемалывающей косточки соперника до такой степени, что он теряет способность достойно защищаться. Она играла без малейшего намёка на так называемый «романтизм», трудилась на поле в поте лица, каждая ее шестерёнка была точно пригнана к нужному месту и не пробуксовывала. Но ни разу ни от кого я не слышал, чтобы сборной ФРГ ставили в вину практичную манеру её игры.
Особо яростно нападали иные обозреватели на так называемую «выездную модель». Эта формулировка как-то слетела с уст Олега Петровича Базилевича и стала мишенью для многочисленных критических стрел.

Но вот что говорил сам О. Базилевич:
— Суть выездной модели заключается в том, чтобы увезти с чужого поля хотя бы очко. Мы не можем не считаться с тем, что соперник, выступающий на своем поле, в силу определенных факторов обязательно проявит повышенную активность, что волей-неволей приезжая команда должна прежде всего позаботиться о неприкосновенности своих ворот. Суть выездной модели в том, что если на своем поле наша команда, потеряв мяч, начинает вести оборону на половине соперника, то, находясь в гостях, она обороняется только на своей половине. То есть её защитные порядки необходимым образом уплотнены.
Возможно, зрелищная сторона дела несколько страдает от этого. Но как нет искусства ради искусства, так нет и атаки ради атаки. Атака — постоянная, безоглядная — не может быть самоцелью. Футбол гармоничен. В нём постоянно решаются две задачи: атаки и обороны. А если кто-то рассуждает иначе, то почему, скажите на милость, так должны рассуждать все?
Слова «тактика», «техника» стали настолько обиходными, что теперь без них о футболе невозможно говорить. Намного реже встречается слово «стратегия». Оно означает умение предвидеть, рассчитать, распределить силы, осуществить все то, что входит в годовую программу.

Я помню, в очень важный для команды период с 10 июня по 6 октября 1974 года мы сыграли 30 матчей. Они были разные — и по задачам, и по рангам. Отмечу лишь, что сюда входили кубковые встречи, матчи чемпионата страны, выступления за сборную СССР в товарищеских и официальных международных играх, а также матчи Кубка обладателей кубков.
О какой же бездумной, безоглядной трате сил, энергии, нервов могла идти речь? Неужели в угоду тем любителям футбола, которые приходят на стадион в надежде увидеть затяжной, хоть и бесплодный рывок к чужим воротам, мы должны были ставить под сомнение успех своего выступления в том или ином ответственном матче? И не справедливее ли было бы постараться понять тренеров киевского «Динамо», которые научились со скрупулезной точностью расходовать энергетические ресурсы команды? Футболист — действительно хорошо тренированный человек, сильный, выносливый, однако и его физические возможности не безграничны, их следует расходовать экономно.
Мы старались таким образом организовать свою игру, чтобы она максимально приблизилась к лучшим мировым образцам — по крайней мере в той степени, которая необходима, чтобы решить наши спортивные задачи. Сделать это было совсем не просто. Чемпионат мира 1974 года не прошел бесследно для многих команд. Не только мы перевооружались на ходу. Всё это, безусловно, отразилось и на борьбе в чемпионате страны, цена очков возросла. Но нам удалось почти всё, что мы запланировали.
Tags: книга26
Subscribe

  • Александр Бенуа «Мои воспоминания»

    В июне или в начале июля по вечерам света в Петербурге не зажигали, и это было так необычайно, так странно и так прелестно. Но в конце июля темнота…

  • (no subject)

    Летом 1943 г., в разгар войны в Азии, в Шанхае состоялись так называемые «Азиатские олимпийские игры» по боксу, борьбе и теннису. Японские правящие…

  • (no subject)

    Одно из требований гимназии – ребёнок первого класса должен читать дома полтора часа в день. Сам, вслух, три раза по тридцать минут. Прочитанное…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments