chetvergvecher (chetvergvecher) wrote,
chetvergvecher
chetvergvecher

Categories:

Алексей Матвеев, Георгий Ярцев «Я плоть от плоти спартаковец»

Конечно, не могу не рассказать о своей жизни в сборной СССР. Ведь это тоже веха моей биографии. В 78-м регулярно забиваю в чемпионате. И мне как бы по секрету сообщают: на игре присутствовал тренер сборной Никита Павлович Симонян, скорее всего, пригласит в команду. Это своего рода вершина, о которой прежде даже не мечтал. Первый же поединок в Норвегии. Играли под флагом сборной клубов. Тогда и дебют Валеры Газзаева состоялся, мы ближе познакомились, впоследствии подружились. И до сих пор дружим.
Как-то на свой день рождения из футболистов Валера позвал только меня и Вагиза, хотя сам выступал тогда за «Динамо». Мы бывали у него и дома, в Орджоникидзе. Осетинское застолье, истинное гостеприимство покорили нас. Отец Газзаева очень тепло встретил гостей, будто своих сыновей. Говорю же, дружеские, уважительные отношения пронесли через годы, через расстоянья. Кстати, несмотря на острое соперничество наших клубов – я тогда возглавлял «Спартак», Валера «Аланию», – по окончании «золотого» матча за чемпионское звание в 96-м году Газзаев вместе с Битаровым зашли тогда в спартаковскую раздевалку, поздравили с победой.
Но я несколько отвлёкся. Как дебютный, так и последующие матчи за национальную сборную прошли для меня в целом очень даже неплохо. Всё-таки надо учесть, сборная того времени – это практически киевское «Динамо». Безусловно, доминировала, что вполне естественно, манера игры киевлян. Играли такие корифеи, как Блохин, Буряк, Бессонов, Коньков, Бережной… Вписаться в такую «звёздную» компанию было очень непросто. В чём-то мне повезло, когда Олег Блохин из-за травмы не выступал как раз в моём первом матче за сборную. Получил огромное наслаждение – ведь на меня играли партнёры, изумительно «читали» все ходы на поле. Но следующая встреча уже с участием Блохина, и я, по сути, «носил пианино». Это тоже бесценный опыт.

Понимал, чувствовал, не вписываюсь до конца в эту игру, в ансамбль. Вообще Блохин есть Блохин. На мой взгляд, он входит в тройку лучших форвардов за всю историю отечественного футбола. Ну, предположим, Стрельцов, Симонян, Блохин. Или в ином порядке. Но обязательно с Олегом. И Никита Павлович отчётливо сознавал, что ориентир всё-таки на связку Блохин – Буряк. Да, в каких-то комбинациях я вполне мог поучаствовать, но роль забивного форварда мне явно не отводилась. Да и с позиций возраста, объективно, не попадал прочно в состав.
Гостевой матч с Ираном запомнится, наверное, на всю жизнь. Летели очень долго, через Италию. Добрались за полночь. Утром под окнами гостиницы – массовое шествие, шум, гам невообразимый. Оказалось, мы попали в самый кульминационный момент революционных событий в этой стране. Сотрудник наших спецслужб спешно вбегал в номера футболистов: «Зашторить окна!» Матч тем не менее не отменили. Валера Газзаев в том поединке руку сломал. Слава богу, вернулись в Москву. В программе «Время» сообщили, что в аэропорту, из которого нам удалось вырваться, произошел страшной силы взрыв, много народу пострадало.
И мне кто-то из земляков-костромичей присылает местную газету с заметкой о том самом матче со сборной Ирана. Всё солидно: состав команд привели, характер встречи расписали и прочее. Дальше буквально сообщалось: единственный во встрече мяч с передачи Георгия Ярцева забил… Хидия Туллин. Ржали мы от души. Я до сих пор нет-нет, да в шутку называю Вагиза – Туллиным. Отзывается.

Вообще отношения между ребятами в той сборной были очень хорошими, доброжелательными, истинно товарищескими. Прямо-таки располагали к себе Рамаз Шенгелия, Давид Кипиани, царствие ему небесное. Но ближе остальных – киевляне. Да, не удивляйтесь. Мы очень уважаем друг друга, хотя даже на уровне ветеранских команд идет форменная «рубка», когда встречаются «Динамо» и «Спартак». Кстати, ни одной ничьей в наших матчах до сих пор не зафиксировано. Никогда не устраиваем низкопробное шоу на потеху публике, потому болельщики валом валят на такие встречи. Особенно в Киеве.
Не забуду, как в карты друг с другом резались. История характеризует атмосферу в сборной. Присели мы с Олегом Блохиным поиграть. Тут Хидя с Бессоновым предлагают: давайте двое на двое сразимся. «Вот ещё, с вами, молодыми, играть», – фыркнули на них мы. Однако сыграли. Они обчистили нас до копейки, хотя именно я вкупе с Блохиным почитался чуть ли не сильнейшим по части карт. Переглянулись с Олегом: ну, что поделаешь… Утром Олег говорит: часть денег молодой Вова Бессонов вернул товарищу по клубу и сборной. Аналогично поступил и Вагиз Хидиятуллин. Всё-таки, уважали они старших.

Вообще с Вагизом связано немало любопытных историй. У нас, к примеру, имелась общая, неотразимая примета. Перед той или иной игрой шли с ним в район платформы Тарасовская – покупали свежие газеты, заглядывали в парикмахерскую, – наводили этакий марафет. В один прекрасный день за нами увязался Сорокин, идет себе по пятам. У него – просто шикарные белокурые волосы. Вдруг Сашка садится в парикмахерской в соседнее кресло: «Что, если и мне постричься?» Хидя ещё подначил нашего партнера: обязательно, мол, обкорнайся, за компанию.
Я испытал состояние, близкое к шоку, когда машинка прошлась аккурат посередине Сашкиной головы. Стало ясно: назад-то пути нет. Мы тут же с Вагизом ретировались. Вернуться на базу втроём – значит наверняка угодить под гром и молнии Бескова. Константин Иванович решит, что Сашка сделал это на спор – со мной или Хидей. Хоть в петлю лезь. А вечером игра с «Торпедо».

Раньше ведь стриженные наголо люди ассоциировались либо с зэками, либо с теми, кто накануне побывал в вытрезвителе. Возвращаемся на базу. Сашка водрузил на голову бумажный пакет. Некоторое время никто не замечает Сашкиной проделки: ну, пакет и пакет. Вагиз, шутя, сбивает пакетик на пол, тут все и грохнули от смеха. Вошел Николай Петрович, интеллигентно так протер свои очки, всмотрелся: «Костя!..» Почти вбегает Бесков, незамедлительно тренерский совет собирают.
Как нами и предполагалось, устроили форменный допрос: где и с кем Сорокин был, в какую парикмахерскую ходил, и так далее. Пришлось во всём сознаться. Не спорили мы ни на что. Сел сам в кресло, мы тут при чём? На полном серьёзе стоял вопрос об участии Сорокина в матче. Что о «Спартаке» подумают, когда увидят стриженого Сашу? В вытрезвителе парень был? Нельзя ему играть!
Когда Саша фактически с бритой головой всё же вышел на поле, болельщики сильно гоготали! Реакция оказалась сверхшумной, так как в то время многие, тем паче молодые люди, носили длинные волосы. А тут игрок «Спартака» обрился. Ничего, главное прилично Сашка сыграл.

Зимой 1979 года летим в Америку, на предсезонный турнир по мини-футболу. Американцы, к слову, с ума сходили от этого мини, игра действительно завораживающая, очень динамичная, зрелищная, с обилием неожиданных, голевых ситуаций. И, конечно, забитых мячей хоть отбавляй в подобных матчах.
Приезжаем в гостиницу. Шикарные номера, в холодильниках от виски до кока-колы. Разных бутербродов завались. Экзотические сигареты в изобилии на столиках. Переводчик говорит: «Господа, содержимое холодильников – подарок принимающей стороны». То есть всё это бесплатно гостям предназначалось. Признаться не столько о предстоящей тренировке думалось, сколько будоражило желание иного порядка. Быстрее бы до заветных холодильничков добраться! Пиво пяти сортов, понятно, с ликеро-водочными изделиями мы не связываемся.
И вот тренировка окончена, быстро «грузимся» в автобус, скорей бы до гостиницы добраться! Все ребята в сладостном предвкушении: пивка холодненького глотнем. Каково было разочарование, когда в холодильниках мы не обнаружили ровным счетом ничего, что представляло для нас столь жгучий интерес. Разумеется, мудрый Константин Иванович дал команду – убрать весь алкоголь. Грустнота, да и только. Партнёры наперебой друг у друга спрашивают: может, у тебя хоть что-то осталось? Тщетно. На ужине откровенно скучали.
И вдруг Дасаев тихонько мне говорит: «У меня всё есть, заходи». Дело в том, что любимец Бескова, вратарь наш, получил одноместный номер со всеми вытекающими последствиями, и наслаждался комфортом. Ещё американцы решили, что в данном номере проживает кто-то из руководителей команды, и, естественно, содержимое холодильников не тронули. «Ринат, никому не болтай», – просил я голкипера.
Это повторялось из поездки в поездку во время нашего путешествия по Штатам. Игры – каждый день, с перелетами. Ринат неизменно располагался в одноместном номере. «Рина, как там с холодильником?» – «Всё в порядке». Это стало своего рода паролем в общении. Ходил к Дасаеву ещё Юра Гаврилов. Всё потихоньку, полегоньку, незаметно…

После «Спартака» я оказался в «Локомотиве». Пригласил наш замечательный тренер Сан Саныч Севидов. «Локо» вылетел в первую лигу, и предстояло биться за возвращение в высшую. Сан Саныч, к слову, в общении с игроками всегда исходил из тех материальных условий, которые были у футболиста в его прежнем клубе. Четко говорил, сколько мастер будет получать, всё неукоснительно выполнялось. Так вот, за год в новой команде я этих материальных благ увидел больше, чем за всё время пребывания в «Спартаке».
Например, сразу трёхкомнатную квартиру дали в районе Олимпийской деревни. Но из полюбившихся мне и моей семье Сокольников переезжать отказался.
Несмотря на то что некоторые ребята по «Спартаку» разошлись по разным командам, дружеские отношения, естественно, сохранились. Тот же Вагиз Хидиятуллин, как известно, ушёл в ЦСКА, но мы продолжали общаться. Я тогда с «Локомотивом» был на сборах в Хосте, и Хидя регулярно ко мне заглядывал в выходные деньки. В номере была свободная кровать, и Вагиз ненавязчиво спрашивал: «Можно здесь поспать?». – «Спи». После обеда смотрели местные красоты, разговаривали, вспоминали годы, проведённые в «Спартаке».

Задачу выхода в высшую лигу мы тогда не решили. И пришлось мне с «Локо» расстаться. Сан Саныч ещё оставался какое-то время, правда, ненадолго. Я то время в «Локомотиве» всё равно вспоминаю с удовольствием. Попал в совершенно новую обстановку. В разговоре с футболистами, в своей философии игры тот же Севидов опирался скорее на определенные житейские истины, не было «закручивания гаек». Вопросы с отъездом домой, к семье после тренировки решались без проблем. Всё – на доверии. Не ощущалось подозрительности.
С другой стороны, в атмосфере раскованности зримо витал и негатив. В том смысле, что не могли мы, когда требовалось, сыграть, как говорят, «через не могу», порой наступить на горло собственной песне. Качества бойцов каждый из нас и команда в целом демонстрировали реже, чем хотелось бы. Возможно, в этом крылась основная причина невыполнения задачи на сезон.
В то время, как у Бескова занятия строились в основном через мяч, Севидов делал акцент на «физику». И, как ни парадоксально, именно в «Локо» я ломал ногу, заклинивало мне и позвоночник. Даже безымянный палец ухитрился сломать. Константин Иванович иногда говаривал: «Что, проблемы с голеностопом? Пустяк. Это сродни насморку, пройдет». И люди выходили на поле, проявляя чудеса воли, даже игрового героизма.
Жить в «Локо» в несколько расслабленном состоянии оказалось не по моему нутру. Ну, не моё, и всё тут. Понимал, ощущал, что и на тренировках-то можно подчас не особо напрягаться.
Время, проведенное в стане железнодорожников, очень хорошее. Например, тёплые отношения, к слову, до сих пор поддерживаю с бессменным администратором «Локомотива» Анатолием Машковым. Однако, повторюсь, полного удовлетворения не испытал. Вроде бы и с партнерами – Борей Кузнецовым, Сашей Аверьяновым, Серегой Камзулиным, Вовой Мухановым, другими складывалось, как нельзя лучше. Но всё-таки той близости, что со спартаковцами, не возникало. Да, наверное, и не могло возникнуть. «Спартак» – это нечто особое, неповторимое состояние…

Это я о моих товарищах по «Спартаку», и не только о тех, с кем непосредственно играл во время активной карьеры. Всегда с огромным удовольствием – и до сих пор, кстати, – отправляюсь со спартаковской командой ветеранов по городам и весям. Между прочим, сие заставляет поддерживать свою спортивную форму. Ведь неудобно ходить, к примеру, с пивным животиком, хромым, ещё каким-то не подготовленным к баталиям человеком.
Это не просто матчи, ты словно возвращается в молодость. К тем людям, с которыми когда-то играл. Всегда очень приятно! Находишься в компании друзей, вспоминаешь моменты, о которых знаем только мы, узкий кружок людей, ведь некоторыми секретами невозможно поделиться с окружающими. Ведь кто-то порой такое отчебучивал!
«Никита Павлович, выйди, пожалуйста, минут на 10–15, народу не хватает, – рассказал однажды сам великий Симонян. – Я, конечно, согласился. И вдруг с трибуны: «Симонян, чего стоишь, бегать надо!» Люди помнят твою искрометную игру, ждут достойного зрелища. И, если перестал соответствовать их представлению о себе, рискуешь получить, что называется, по полной программе.
Нынче команду ветеранов «Спартака» возглавляет Вячеслав Егорович. Он регулирует календарь, договаривается о проведении матчей во многих регионах страны. Представьте, около 50 встреч в год проводим, серьезная нагрузка, не правда ли?! С разными поездками, вылетами – от Москвы и Подмосковья до Хабаровска, Владивостока. Мы, например, частые гости на Байконуре, во многих других уголках. Немало, кстати, проводим благотворительных матчей. Вот была поездка в Архангельск, и по установившейся традиции заглянули в один из детских домов, привезли ребятам гостинцы, сувениры. Дали футбольный мастер-класс.
Относительно недавно организовали встречу, посвящённую 20-летию нашей команды ветеранов. «Красно-белые» играли против «бело-красных». Вышли на поле олимпийские чемпионы и мастера, едва завершившие свою карьеру. Составы делили ровно, благородно, без перекосов в ту или иную сторону. Матч выдался очень зрелищным. Многие болельщики думали: ну, очередное шоу. Ничего подобного, никаких «поддавков»! Одна команда выиграла-таки у другой.
Tags: книга26
Subscribe

  • (no subject)

    Mr. Acker Bilk - Aria 1976

  • (no subject)

    Андрей Миронов и Александр Ширвиндт - Встреча со зрителями

  • (no subject)

    Sonny & Cher - Top Of The World

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments