chetvergvecher (chetvergvecher) wrote,
chetvergvecher
chetvergvecher

Categories:

Олег Блохин, Дэви Аркадьев «Право на гол»

В Дортмунде
Это был последний матч уходящего 1979 года: сборная мира против «Боруссии» (Дортмунд). Весь сбор от игры шел в детский фонд ООН (ЮНИСЕФ), и, вероятно, поэтому команду, составленную из сильнейших игроков мира, именовали «гуманные звёзды». Узнав о том, что меня приглашают в состав этой команды, я вместе с радостью почувствовал неприятный холодок и какую-то скованность. Мне впервые предстояло выйти на поле в команде звёзд! Получится ли? Ведь, выступая в одной команде с лучшими игроками, имена которых известны во всём мире, я должен был достойно представлять советский футбол. В своё время мои соотечественники, игравшие в подобные командах, выглядели не хуже своих именитых коллег из профессиональных клубов. Когда я ещё только-только делал первые шаги в футбольной школе «Юного динамовца», наши замечательные спортсмены Лев Яшин, Альберт Шестернёв и Слава Метревели в составе сборной ФИФА играли, например, на знаменитом стадионе «Маракана» в Рио-де-Жанейро в матче против сборной Бразилии, устроенном в честь празднования юбилея бразильского футбола. И пресса высоко оценила их мастерство. И в другие годы наших спортсменов охотно приглашали в сборные мира и Европы. Теперь настал мой черёд.

В Дортмунде моё волнение усилилось: футбольные звезды, фотографии которых не сходили со страниц популярных на западе журналов и газет, были совсем рядом. Я пытался избавиться от скованности, но… Психология в спорте вещь серьёзная. «Корой» я убеждал себя, что могу сыграть не хуже, чем приглашенные в сборную именитости, но «подкорка», видимо, брала своё: на протяжении многих лет футбольной жизни я слишком много слышал о необыкновенной силе профессиональных клубов и их звёзд.
Сборную мира к матчу с «Боруссией» готовили тренеры Бранко Зебец («Гамбург») и Хеннес Вайсвайлер («Кёльн»). Мы провели матч в таком составе: вратарь Пантелпч («Црвена звезда», Белград, Югославия), линия обороны – Кальтц («Гамбург», ФРГ), Крол («Аякс», Амстердам, Голландия), Пеццай («Эйнтрахт», Франкфурт-на-Майне, ФРГ) и Беккенбауэр («Космос», Нью-Йорк, США), игроки середины поля и нападения – Боттерон («Цюрих», Швейцария), на 61-й минуте его заменил Сикс (марсельский «Олимпик», Франция), Киган («Гамбург»), Сушич («Сараево», Югославия), на 71-й минуте его заменил чехославацкий футболист Паненка из пражского «Богемианса», Круифф («Лос-Анджелес Ацтеке», США), Ханси Мюллер («Штутгарт», ФРГ), Блохин («Динамо», Киев, СССР), а на 61-й минуте меня заменил Петрович из «Црвены звезды».
В игре я ловил себя на мысли, что любуюсь 35-летним Францем Беккенбауэром. Хотя он и сменил футболку «Баварии» на американский «Космос» и шёл уже шестнадцатый год его жизни в большом футболе, но игра его по-прежнему была безупречной. Один из лучших игроков чемпионата мира в Лондоне (1966 год), Беккенбауэр выглядел не менее блистательно на последующих двух мировых чемпионатах и не случайно был включён в символическую сборную мира за двадцать лет – с пятидесятого по семидесятый годы. О таком игроке смело можно сказать: универсальный мастер! Отлично подготовленный физически и технически, он прекрасно владел пасом и ударом с двух ног. Я хорошо знал его по встречам с «Баварией» и думаю, что понял, в чём сила его игры. Беккенбауэр – это игрок, который, получив мяч, лишь в редчайших случаях сразу от него избавляется. Он делал это только тогда, когда его слишком жёстко атаковали и не было никакой перспективы выиграть единоборство. А вообще он любил подержать мяч секунды три-четыре, в течение которых обстановка на поле обязательно менялась. И тогда следовал его знаменитый пас – точно в соответствии с этим изменением обстановки! – в самом выгодном направлении. В самом выгодном из всех, какие только возможны! О его пасе можно сказать также, как некогда отзывались о пасе Эдуарда Стрельцова: «Мяч, посланный им, имеет глаза».

В первом тайме острых моментов было довольно много у обоих ворот, но он всё же закончился нулевой ничьей. Сборная вышла на поле без предварительных совместных тренировок, но даже играя «с листа», порой демонстрировала футбол высокого класса.
Через двенадцать минут после перерыва югослав Сушич открыл счёт. Минут десять спустя заменивший меня на левом краю Петрович из «Црвены звезды» отлично пробил по воротам «Боруссии», и счёт стал 2:0 в пользу сборной. Мне казалось, что «гуманные звёзды» смогут удержать победный результат, но гол Петровича словно бы послужил сигналом хозяевам поля к массированным атакам. Инициатива надолго перешла к «Боруссии» и в конце концов была её игроками материализована. На 78-й и 83-й минуте Феге удалось сравнять результат, а на исходе встречи Хольц забил третий мяч. В итоге поражение сборной – 2:3.
Несмотря на поражение «гуманных звезд», в команду которых я был включён впервые, я улетал из Дортмунда в хорошем настроении. Его легко было объяснить. Выйдя на поле вместе с мастерами экстракласса, я быстро почувствовал, что играю в один футбол с ними, легко изъясняюсь с иностранцами на языке паса. Робость и благоговение перед звёздами развеялись, тем более что сразу после матча я получил несколько предложений от профессиональных клубов. К примеру, весной 1981 года прямо на три адреса – мой домашний, клуб киевского «Динамо» и Спорткомитет СССР – пришло официальное письмо из французского города Сент-Этьенн. Руководство клуба предлагало кругленькую сумму в случае моего согласия на контракт. Авторы письма обращали моё внимание на то, что Сент-Этьенн – город в основном рабочий, среди его населения немало коммунистов и даже мэр города – тоже коммунист.
Говорят, что когда одному из руководителей Спорткомитета СССР показали это письмо, он громко рассмеялся: «В матче со «Спартаком» Блохина заменяют, а «Сент-Этьенн» готов заплатить за него огромную сумму?!» Имелся в виду полуфинальный матч на Кубок Советского Союза 1981 года, когда киевское «Динамо» в Москве на крытом стадионе проиграло «Спартаку» и выбыло из розыгрыша хрустального приза. Меня тогда действительно заменили после первого тайма. Игра не пошла у всей команды, но старший тренер Лобановский склонен был винить больше всех меня.
Своих «покупателей» из профессиональных клубов я должен был огорчить. А в команде «гуманных звезд» мне повезло сыграть еще раз – в Барселоне.

В Барселоне
В канун 1981 года у меня брали новогоднее интервью. Репортёр заглянул в свой блокнот и с пафосом произнес:
– Говорят, под Новый год что ни загадается…
Я понял, что сейчас последует вопрос о моих сокровенных желаниях, о планах. Что ответить? 1980 год, начавшийся для меня не совсем удачно – с залечивания колена после операции, заканчивался вполне благополучно. Я женился, стал членом КПСС, киевское «Динамо» в очередной раз выиграло чемпионат Советского Союза, я забил свой двухсотый гол в официальных матчах. А последнюю игру года я провел в декабре в составе сборной мира. Казалось бы, чего ещё желать 28-летнему футболисту, которому повезло играть в одной команде с такими звёздами мирового футбола, как Беккенбауэр, Круифф, Бонхоф, Румменигге, Киналья, Платини… И всё-таки, обдумывая ответ на банальный вопрос репортёра, я испытывал какое-то смутное чувство неудовлетворенности.
– Итак, мои мечты в спорте? – повторил я вопрос журналиста. – Буду откровенен. В Барселоне, играя за команду звёзд, на том самом стадионе, где в восемьдесят втором году будут проходить главные матчи чемпионата мира, я подумал, что хорошо бы здесь сыграть ещё разок-другой но уже в составе сборной СССР.
– От кого же зависит, чтобы вы снова надели футболку сборной СССР? От Бескова? – спросил меня репортёр.
Вопрос не был оригинален. Мне рассказывали, что в ту пору во многие редакции газет приходили письма болельщиков, которые спрашивали: «Почему Блохина не включают в сборную страны?» С тренером сборной Советского Союза Константином Ивановичем Бесковым у меня действительно не было полного взаимопонимания. В тот период я был отлучён от сборной, за которую играл десять лет кряду, не раз был капитаном и комсоргом этой команды. Но вдаваться в подробности не хотелось, и я ответил:
– Может быть, и от Бескова, но в большей степени, думаю, от меня самого.

…Приглашение сыграть в Барселоне в составе сборной мира я воспринял довольно спокойно. Не переоценивал его. Решил, что тренер из ФРГ Юпп Дерваль, который формировал команду «гуманных звезд», отдает дань не столько моей нынешней игре, сколько прежним заслугам.
Испания. Едва я ступил на её землю, как сразу ощутил, что прибыл в страну, где в 1982 году пройдет двенадцатый по счету чемпионат мира по футболу. Фюзеляжи авиалайнеров компании «Иберия» украшал футбольный мяч с жёлто-красным оперением (цвета испанского флага). Испанская печать уже отсчитывала дни, оставшиеся до начала чемпионата, и официальную эмблему можно было увидеть на каждом шагу. Почти все приглашенные в сборную игроки слетелись в Барселону за день до матча, и Дерваль сразу же пригласил нас на тренировку. Впрочем, то, что происходило на мокром после дождя поле небольшого стадиона, мало походило на полноценную тренировку. В основном «гуманные звезды» разминались самостоятельно и каждый по своему вкусу. Вечером был организован совместный ужин. Правда, я не почувствовал, чтобы это мероприятие хотя бы как-то сплотило коллектив, ибо после ужина каждый снова был предоставлен самому себе. Даже в день матча не проводилась совместная зарядка, к которой я так привык в своем клубе.
В раздевалке стадиона на каждом кресле аккуратно висела новенькая, с иголочки форма: трусы, футболки, гетры. Но кому её надевать? Ведь на подобные матчи приглашают обычно семнадцать-восемнадцать игроков. Тренер называет состав. Вслушиваюсь в фамилии, которые на английском звучат непривычно и для верности загибаю пальцы. На счете одиннадцать слышу: «Олег Блохин» и надеваю футболку с номером «11»…

Мы вышли на разминку на поле стадиона «Ноу Камп» (или «Эстадио Миро-Сане»), и стотысячная аудитория болельщиков приветствовала сборную, пожалуй, не менее бурно, чем свою любимую «Барселону», с которой нам в тот день предстояло встретиться. В эти минуты у меня снова мелькнула мысль о двенадцатом чемпионате мира. Ведь именно здесь 13 июня 1982 года состоится его первый матч!
Сборная начала игру в таком составе: Пантелич (Югославия), Брандтс (Голландия), Пеццай (Австрия), Бонхоф (ФРГ), Гордильо (Испания), Круифф (Голландия), Платини (Франция), Мюллер и Румменигге (ФРГ), Киналья (Италия), Блохин (СССР). После прошедшего накануне ливня поле было довольно тяжёлым. Хозяева приспособились к нему быстрее и почти на протяжении всего матча имели небольшое преимущество. Правда, и нам моментами удавались удачные контратаки на ворота «Барселоны». Но они не отличались дружными действиями команды, а были результатом отдельных всплесков больших мастеров футбола.
На тридцать третьей минуте после удара маленького реактивного Симонсена мяч влетел в ворота сборной, и «Барселона» повела в счете. После перерыва великолепно сыгравший в этом матче Шустер забил второй гол. Проигрывая 0:2, мои партнеры немного активизировались. Самолюбие «звёзд» всё же взыграло! И спустя три минуты после пропущенного нами второго гола мексиканец Санчес, вышедший во втором тайме на замену, сократил разрыв в счете – 1:2. Но через двадцать минут последовал точный удар Мартинеса – и мяч снова влетел в сетку ворот сборной. За четыре минуты до конца встречи Бонхоф сократил разрыв в счете до минимума, и финальный свисток зафиксировал победу «Барселоны» со счетом 3:2.
Команды покидали поле под аплодисменты заполненных до отказа трибун. Чувствовалось, что болельщикам игра понравилась. Я был огорчён тем, что не забил гол, но это не испортило моего общего хорошего впечатления от матча. На этот раз в команде звезд я чувствовал себя вполне уверенно. У меня всё получалось – обводка, игра в пас, удары по воротам. И не было того неприятного холодка, который я испытал, попав в сборную «гуманных звёзд» впервые.

В Праге
Вечером 18 августа 1981 года 40 000 зрителей до отказа заполнили трибуны Страговского стадиона в Праге. Матч между сборными командами Чехословакии и Европы входил в программу праздника, посвященного 80-летию чехословацкого футбола. В Прагу мы прилетели вместе с Давидом Кипиани и тренером Константином Ивановичем Бесковым.
В день матча у тренеров сборной Европы Дерваля и Бескова возникли серьезные проблемы. По различным причинам в Прагу не приехали многие футболисты экстракласса, объявленные ранее в составе сборной континента (Шумахер, Брайтнер, Крол, Румменигге, Вудкок, Шустер). В спешном порядке их заменили другими игроками.
Лишь в первой половине игры нам удалось на равных бороться с хозяевами поля. Как и во встречах в Дортмунде, а затем в Барселоне, игроки сборной звёзд хотя и демонстрировали великолепное мастерство, блистали индивидуальной техникой, но в целом их игра была беззубой.
Игроки сборной континента напоминали этаких вольных стрелков, собравшихся для весёлой охоты. Казалось, результат матча никого из них не волнует. Может быть, на игре звёзд сказалось и то, что у большинства из них ещё не начинались чемпионаты стран и почти все они были далеки от своей лучшей формы?
На фоне несыгранной сборной Европы команда Чехословакии выглядела в этот день отлично слаженным ансамблем. Юбиляры выставили на матч своих сильнейших игроков и, к удовольствию трибун (и своему тоже!), показали в этой встрече мощную игру. Вряд ли, конечно, можно было предположить, что сборная Чехословакии учинит столь убедительный разгром – 4:0!-команде, составленной из лучших игроков Европы. Но это случилось.

Зря говорят, что хорошим футболистам не надо времени для того, чтобы сыграться друг с другом. Ещё как надо! Играя в Дортмунде, в Барселоне и в Праге в составах сборных команд мира и Европы, я убедился в этом. Дважды сборные уступали клубным командам и один раз – национальной сборной. Дебют – с самолета на футбольное поле – не получался. И так, кажется, было во все времена. Я где-то читал, что Лев Яшин, главный герой «матча века», сразу после игры на «Уэмбли» заявил журналистам, что несыгранная команда, хотя она состоит из звёзд, слабее хорошей клубной команды. Впрочем, эту же мысль высказывали ещё до рождения самого Яшина. Вот что по этому поводу писали ещё наши прадеды:
«Какой бы блестящей ни была индивидуальная игра всех игроков команды, между ними должно быть полное согласие и взаимное понимание, только таким образом на всю команду переходят выдающиеся достоинства её участников. Без этого команда из одиннадцати звезд футбола всегда будет разбита командой хороших игроков, играющих «комбинированную игру», – это строки из книги, изданной в Москве еще в 1912 году…
Итак, трижды я возвращался домой после игр в сборных командах звёзд с поражением. Но, признаюсь, острой горечи от этого не испытывал. Скорее всего потому, что матчи в Дортмунде, в Барселоне и в Праге были великолепными праздниками футбола, на которые собирались сливки футбольного общества. Публика всякий раз охотно стекалась на стадионы, горячо болела за своих, но одинаково восторженно реагировала и на удачную игру гостей. Зрители получали истинное удовлетворение от увлекательного футбольного действа, и их чувство, вероятно, передавалось нам – непосредственным участникам этих праздников футбола.
Впрочем, мне довелось сыграть и в команде звёзд мирового футбола, отпраздновавшей победу. Думаю, что об этой игре стоит рассказать особо. Состоялась она в Соединенных Штатах Америки.
Tags: книга25
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • (no subject)

    René Gruau (French, 1909-2004) Elégante à l'Opéra, Galerie Ary Jan, Paris, France

  • (no subject)

    Jim Morrison by Joel Brodsky, 1967

  • (no subject)

    III Международная конференция «Жизненный путь лекарственных средств: простые и сложные задачи», Ярославль

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments