chetvergvecher (chetvergvecher) wrote,
chetvergvecher
chetvergvecher

Category:

Рина Зелёная «Разрозненные страницы»

Действительно, ничего не записано, а эту встречу помню почему-то совершенно отчётливо. Произошла она на теннисных кортах Водного стадиона «Динамо». Задолго до войны. Я играла партию с каким-то хорошим партнёром. Когда мы менялись сторонами, ко мне подошел очень длинный, очень молодой человек и, заикаясь, но без смущения, сказал:
— Мне надо с вами поговорить.
Я рассердилась и ответила:
— Ну, тогда подождите, пока я проиграю.
Я проиграла довольно быстро и, вытирая полотенцем пот со лба, подошла к скамейке и спросила:
— Ну, что вы будете мне говорить?
— Я ничего говорить не буду, — ответил он, сильно заикаясь. — Я хочу, чтобы вы со сцены читали мои стихи.
Он протянул мне тоненькую тетрадку со стихами. Я тогда только недавно стала рассказывать о детях, но уже получала много писем с сочинениями, написанными так плохо, так безвкусно, что было тошно читать. Но я всегда прочитывала всё до последней точки, веря в чудеса.
И тут я взяла листочки, отвернулась от него на скамейке и стала читать. И вдруг прочла прекрасные стихи настоящего поэта, современные, детские.
Я повернулась к нему, увидела симпатичное молодое лицо, вылезающие из коротких рукавов старенького пиджака длинные руки и сказала строго:
— Да, стихи хорошие. Я буду их читать. Позвоните мне завтра без пятнадцати минут десять, а то я уйду на репетицию.

Он позвонил. Мы встретились и подружились. Я познакомила его со всеми своими друзьями и недругами. Друзья пытались меня урезонить: «Ну что вы в нём нашли?» (ведь он ещё не был Михалковым!). А я стала читать со сцены его стихи, ещё нигде не печатавшиеся.
Михалков ходил на концерты, слушал свои стихи, неустанно восторгался ими и отчасти немного — мной. Так продолжалось больше года.
Потом я познакомила его в Колонном зале с Игорем Ильинским, и только я Михалкова и видела: с тех пор он писал для Ильинского. Но это было позже.
А пока по утрам раздавался телефонный звонок, и в трубке длилось молчание.
— Это вы, Серёжа? — спрашивала я. — Идите к нам.
Он приходил. Моя мама кормила его. Потом он провожал меня в театр, смотрел очередную репетицию, а друзья шептали:
— Опять твой длинный сидит в зале!
Немного погодя все они стали его друзьями и поклонниками.
Если репетиций не было, мы ездили в пустых трамваях — мой любимый транспорт не в часы пик, — ходили по выставкам или просто помирали со смеху, рассказывая друг другу любые истории.
А вечером, после спектаклей, шли в Жургаз. Михалков съедал шесть штук отбивных. Платила я: ведь я получала зарплату, а он еще нет. Мне казалось, что он всегда был голодный, потому что очень длинный и худой. Тогда он писал о себе:

Я хожу по городу, длинный и худой,
Неуравновешенный, очень молодой.
Ростом удивленные, среди бела дня
Мальчики и девочки смотрят на меня.
На трамвайных поручнях граждане висят.
«Мясо, рыба, овощи» — вывески гласят.
Я вхожу в кондитерскую, выбиваю чек,
Мне дает пирожное белый человек.
Я беру пирожное и смотрю на крем,
На глазах у публики с аппетитом ем.
Ем и с грустью думаю: «Через тридцать лет
Покупать пирожные буду или нет?»
Повезут по городу очень длинный гроб,
Люди роста среднего скажут: «Он усоп!
Он в среде покойников вынужден лежать,
Он лишён возможности воздухом дышать,
Пользоваться транспортом, надевать пальто,
Книжки перечитывать автора Барто».

Михалков завоевал сердца детей и взрослых сразу, с первой книжки. Он писал в своей, новой, манере, необычайно легко и быстро. Казалось, что без всякого труда строчки сами взлетают на страницы. И так книга за книгой, успех за успехом.
Потом проявилась совсем новая сторона таланта С. Михалкова. Его басни мгновенно становились известными всем ещё до того, как попадали в газеты и журналы. Они запоминались сразу, их повторяли и пересказывали друг другу и поэты, и читатели.
Потом мы смотрели его пьесы, не только детские, но и взрослые. Иногда они вызывали дискуссии, безудержную хвалу или критику. Много пьес Михалкова шло в театрах, а мне почему-то помнится его исчезнувшая сатирическая комедия «Раки», которая, по-моему, тогда была разгромлена критикой беспощадно. Давно это было, и с тех пор я о ней ничего не слыхала. Я присутствовала на читке пьесы. Первый акт был написан удивительно. Так талантливо, так блестяще, что каждое отточенное слово, каждая реплика вызывали мгновенную реакцию — гомерический смех. Второй акт был неожиданно слабее, а третьего, строго говоря, не было совсем, хотя, конечно, он был и читался. Но первый акт забыть невозможно. Я не представляю себе, как театры могли не заняться этой комедией, не заставить автора довести работу над пьесой до конца. Может быть, когда-нибудь это и случится.
Стихи, стихи для детей, басни С. Михалков писал с необычайной быстротой и точностью, попадая в цель безошибочно. Он посылал их в редакцию с курьером, как только ставил точку на машинке. По-моему, у него иногда и черновиков не было. А ведь писал великолепные веши.
Tags: книга22
Subscribe

  • Читательский дневник

    Постепенно прочитал с большим удовольствием все шесть доступных романов Фэнни Флэгг. Очень позитивные трагикомедии с хорошим концом. Иногда даже…

  • (no subject)

    Если смотреть утром из окна, с высоты, то деревья как-то вдруг, внезапно, стали светло-зелёными. Даже стоящий в горшке на подоконнике дуб,…

  • (no subject)

    Как я уже сообщал ранее, в выходные мы посетили музей техники Вадима Задорожного под Красногорском. Впечатлились. Сделано с любовью и со вкусом. Сайт…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 3 comments